День любви отмечали вечером на яхте Поль. Присутствовали еще две пары гостей среднего возраста. Я сразу предложил мужчинам выпить, но они вежливо отказались. Поначалу все усердно притворялись и делали вид, что все идет как надо, но чувствовалось какое-то напряжение. Странно находиться одновременно с двумя женщинами в другом измерении, которые могут прочитать твои мысли, а ты не знаешь, как себя вести и о чем думать, чтобы они не догадались о Соль. Да, чтобы постоянно врать, нужно иметь большую голову. А большая голова – большие проблемы, как говорит кот.
За время общения с Оль и Поль я практически перестал употреблять спиртные напитки, но тут меня крутило так, что я не мог больше терпеть, и спустился в ходовую часть яхты под видом инспекции. Механик Питер и рулевой Джон неплохо говорили по-русски, так как прежде, чем поехать на заработки в Россию, сдали экзамен на знание русского языка. Они оказались отличными мужиками и достали из заначки литровую бутылку водки, которую мы с Питером, Джон был за рулем, быстренько выпили, закусывая свежевыловленной мелкой рыбой, пересыпанной солью и перцем.
О чем могут говорить три моряка за бутылкой водки. Конечно о женщинах, оставшихся на берегу и, ждущих возвращения своих мужчин с хорошим заработком. О запахах дешевых духов, перемешанных с запахами кофе в чужом порту и детях, играющих на белоснежном пляже чужой страны. О чудесах, происходящих в глубинах океанов , о скуке на суше и томительном ожидании выхода в море.
Я захмелел и, поднимаясь на палубу по узкой и крутой лестнице, вспоминал бедра Оль и хвостик, перед своим носом. Собрав волю в кулак, я был готов отбиваться от упреков женской половины, но на удивление все восприняли происходящее, как должное, и я расслабился. Стол сервировали два молодых человека и это меня удивило.
— А где девушки? – спросил я кота, который крутился вокруг стола, прыгая с одного дивана на другой.
— Поль уволила их за то, что они не отличают ингаляцию от аннигиляции, к тому же они вступили в биологическую связь с Питером и Джоном из корыстных побуждений.
— Понятно, – отозвался я, - отношения мужской и женской половинок одинаковы во всех измерениях
Выпивка на голодный желудок давала о себе знать, и я решил выяснить отношения и с Поль, и с Оль по отдельности до застолья. Подойдя к Оль, я приобнял ее и погладил по хвостику.
— Как самочувствие? – спросил я ласково.
— Как ты мог связаться с этой Соль?
Я выслушал длинный монолог, который выслушивает каждый мужчина в подобной ситуации. Спорить в этих случаях бессмысленно, и я молчал. Наконец, монолог закончился.
— Это было не то, о чем ты подумала дорогая. Я оказываю адресную материальную помощь деревне, в которой живет семья Соль. Кто сможет это сделать, кроме нас пенсионеров?
— Это правда?
— Конечно, правда! А Соль я нисколечко не люблю, а даже наоборот, но деньги на подъем деревни она «просто так» не берет, не желает быть обязанной, поэтому я вынужден один «отстреливаться» за весь союз пенсионеров, который поручил именно мне, это непростое дело.
— Я верю тебе, но бабушка Поль решила на год прекратить наше общение. Даже кот перестанет говорить с тобой. Это будет полезно нам всем. Информация и время все расставят на свои места. Возможно, через год ты увидишь нашу девочку.
— Будет девочка?
— Да, – сказала Оль и сильно-сильно ко мне прижалась. Я по-медвежьи обнял ее и прослезился.
Точно по такому же сценарию прошло выяснение отношений с Поль, и уже через несколько минут все мы сидели за праздничным столом и рассматривали сверкающую, праздничную вечернюю Москву, проплывавшую вдоль правого борта. Кот рассказывал старые анекдоты, специально путая причину и следствие, и все от души насмеялись. Гости оказались приятными, жизнерадостными людьми с юмором. Потом были танцы под луной на слегка покачающейся палубе и завораживающий салют над Москвой, который отражался в темном море, как в зеркале. Я понимал, что это сон и не хотел просыпаться, но обстоятельства иногда сильнее нас.