На крыше дома Поль размещалась небольшая открытая на две стороны терраса, с которой была видна часть Москвы, Красная площадь и набережная, где Москва-река впадает в Красное море.
С набережной расходились парочки, приходившие полюбоваться на закат, «поймать» зеленый луч и загадать желание.
На террасе, в окружении низеньких, но широких восточных диванов и кресел, стоял стол, заставленный вкусностями, среди которых я заметил и колбасную нарезку с вкраплениями черной и красной икры. Кот уже сидел на одном из диванов и принюхивался, перебирая от нетерпения лапами. Оль направилась к нему, присела на диван и, положив Мура на колени, как бы защищаясь им от меня, сказала «Присаживайтесь, Валерий» и указала место напротив. Я повиновался, хотя и намеревался пристроиться рядом.
– Да, и еще. – Оль слегка смутилась и шепотом проговорила: – Не перебивайте, пожалуйста, бабулю, пока она не закончит свою мысль. Она очень этого не любит.
– Понял. Сам такой, – тоже шепотом ответил я.
И мы втроем рассмеялись.